Экономика в России и мире, тренды (кроме торговли ценными бумагами)

Президент Владимир Путин в послании Федеральному собранию пообещал к 2025 г. увеличить ВВП на душу населения на 50% и заявил, что Россия к этому времени должна прочно закрепиться в пятерке крупнейших экономик мира. Путин имел в виду ВВП по паритету покупательной способности, пояснял министр экономического развития Максим Орешкин в программе «Познер»: по оценке МВФ, Россия сейчас на 6-м месте и на 4% отстает от Германии. Задача – «обойти Германию», уточнил министр. Можно приблизиться к этой цели, если применить активное бюджетное (снижение налогов, увеличение нефтегазовых расходов) и кредитно-денежное стимулирование, говорит директор аналитического департамента «Локо-инвеста» Кирилл Тремасов, но это чревато большими рисками.
Без реформ Россия и другие страны БРИКС будут замедлять рост реального мирового ВВП на протяжении 40 лет с начала 2019 г., предупреждают авторы доклада. Чтобы ускорить рост, им нужно повышать производительность труда: реформировать госуправление, увеличить продолжительность обучения в школах и снизить торговые тарифы.
Если в 2020–2060 гг. они будут развивать принцип верховенства права (оценивается Всемирным банком по шкале от -2 до +2), увеличат продолжительность школьного образования до медианного уровня стран ОЭСР, а к 2030 г. снизят до медианы по ОЭСР торговые тарифы, тогда рост ВВП на душу населения ускорится, а уровень жизни к 2060 г. будет на 25–40% выше, чем в базовом сценарии. Ключевой фактор – реформа госуправления: борьба с коррупцией, совершенствование правоохранительной и судебной системы, повышение эффективности госслужбы, более активное участие граждан в политике.
Для России это особенно важно, отмечается в докладе: среди стран БРИКС она худшая по показателю верховенства права (-0,8) и лучшая по средней продолжительности школьного обучения (10,8 года). Система госуправления в России подстроена под существующую политическую систему, которая предполагает максимальную централизацию и отсутствие политической конкуренции, скептичен Тремасов: без демократизации политической системы невозможно изменить госуправление, да и бессмысленно.
В майских указах 2012 г. Путин поручал увеличить производительность труда к 2018 г. в 1,5 раза, но по итогам 2016 г. ее удалось повысить лишь на 3,8%. Недоинвестированность, недостаточно развитая инфраструктура, нехватка ресурсов для обновления производственных фондов, перечислял препятствия Орешкин, у управленцев нет «культуры постоянного повышения эффективности и производительности труда».
Производительность труда действительно главное препятствие для экономического роста, но, чтобы ее увеличить, нужен рост инвестиций, замечает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. В 2017 г. около 50% прироста инвестиций в России пришлось на сектор добычи полезных ископаемых, хотя основная часть ВВП формируется в других секторах, говорит Орлова. Инвестиции в сельское хозяйство выросли всего на 1,3%, в обрабатывающую промышленность и строительство – упали, а в торговлю и вовсе обвалились на 9,7%. Росту инвестиций мешает экономическая и геополитическая неопределенность и снизить ее правительству в условиях санкций все сложнее и сложнее, отмечает Орлова, бизнесу же нужны гарантии, что правила игры долго не будут меняться.
Рост производительности невозможен без повышения конкуренции, указывает Тремасов: именно она заставляет компании внедрять новые технологии, сокращать издержки, улучшать систему управления. Чем выше конкуренция в отрасли, тем выше и производительность, отмечает он: например, в розничной торговле или у металлургов. Поэтому главный способ повысить эффективность экономики – сокращение доли государства, перечисляет Тремасов, а также привлечение иностранных инвесторов, судебная реформа и ограничение влияния силовиков.
Меры по улучшению демографической ситуации принесут плоды примерно через 25 лет, когда соответствующее поколение выйдет на рынок труда, отмечает Исаков, властям следует сосредоточиться на повышении производительности труда. Если рынок работает хорошо, то разница в производительности труда между предприятиями одной отрасли снижается, рассуждает Исаков: они перенимают друг у друга технологии, неэффективные компании уходят с рынка. В России же разница в производительности внутри одной отрасли одна из самых высоких в том числе из-за роста теневой занятости, заключает он. В случае реформ рост может серьезно ускориться, считает Орлова: неэффективность российской экономики достаточно высока, поэтому и отдача от преобразований будет большой.